Какие произведения И. А. Бунина были прочитаны вами в классе и самостоятельно

Какие произведения И. А. Бунина были прочитаны вами в классе и самостоятельно? Какое впечатление произвели на вас рассказы «Кос­цы» и «Цифры»? Расскажите об одном из героев рассказа «Цифры».

Ответ

В классе и самостоятельно мной были прочитаны рассказы И.А. Бунина «Цифры», «Косцы», «Лапти», «В деревне».

«Косцы» — это не рассказ, а очерк — ностальгические воспоминания человека, покинувшего родину. Он вспоминает о косцах, берёзах, о русской природе. Описания очень краси­вые, но сложные, потому что там очень длинные предложе­ния — часто слов по сорок-шестьдесят, многоступенчатый ас­социативный ряд, нет сюжета.

Рассказ «Цифры» — про отношения взрослых и детей в семье; проблема рассказа — взаимопонимание. Идея, выра­женная в позиции автора, такова: взрослые должны считаться с миром ребёнка; выбирая линию поведения, должны руководствоваться не правилами игры в справедливых взрослых, а голосом своего сердца. Автор в этом рассказе показал внут­ренний мир дяди и мальчика, необходимость для взрослого человека всматриваться во внутренний мир ребёнка и анализировать мотивы своих поступков. Рассказ заставляет заду­маться над сложностью отношений взрослых и детей, над не­обходимостью осознавать истинные причины своих поступ­ков, признавать свои ошибки и учиться исправлять их.

Повествование в рассказе «Цифры» ведётся от имени дя­ди в форме воображаемого диалога с племянником. Содер­жание рассказа — анализ ссоры дяди и племянника, желание дяди разобраться в мотивах своих поступков и поступков ре­бёнка.

Дядя уже давно играет роль «очень, очень умного дяди». Он начинает общаться с ребёнком снисходительно, ему льстит восторженный интерес мальчика, но потом он устаёт выдер­живать эту роль и пытается ускользнуть от общения. Жажда знаний у ребёнка — не каприз, не баловство, но дядя начинает свой диалог с ребёнком со лжи («сегодня царский день?», то есть именины одного из членов царской семьи: такие дни бы­ли праздничными), и ложь одного взрослого тянет за собой ложь другого взрослого (бабушки: «Придёт полицейский и арестует»). В душе рассказчика конфликт: «Сердце тихо гово­рило мне, что я совершаю в эту минуту великий грех — лишаю тебя счастья, радости… Но тут пришло в голову мудрое правило: вредно, не полагается баловать детей». Налицо глу­бокое противоречие позиции взрослого: нежелание признаться во лжи, душевная лень заставляет дядю решить для себя, что стремление ребёнка к знанию — это блажь, которой нельзя потакать. Он говорит мальчику не то, что велит ему сердце, а то, «что говорят в таких случаях все дяди».

Постепенно развивается конфликт в душе рассказчика. Он смутно осознаёт свою ложь перед ребёнком, он чувствует свою вину в том, что ребёнок громкими криками и шумным поведением проявляет своё нетерпение. Именно ощущение своей вины, противоречащее внешней позиции справедливого дяди, заставляет человека испытывать недовольство собой в сложившейся ситуации, даже ненависть к себе. Психика лю­бого человека защищается от подобной стрессовой ситуации, стремясь перенаправить чувство ненависти на того, кто не может оказать сопротивления. Нормальным выходом из кон­фликта было бы решение выйти из роли «умного дяди» и об­ратиться к ребёнку не как к племяннику, который обязан слу­шаться дядю, а как к человеку. Но рассказчик теряет способность анализировать свои поступки, подчиняется поры­ву: «Кой чёрт окатил меня в эту минуту целым ушатом злобы?»

Ребёнок плачет сначала искренне, а затем слезами пытает­ся заставить взрослых признать их вину. Взрослые продолжа­ют играть роль: бабушка в угоду дяде и маме, дядя — про­должая выдерживать роль: «Но разве это согласуется с правилами разумного воспитания и с достоинством справед­ливого, хотя и строгого дяди». Но конфликтная ситуация в душе дяди не снята: «Мне было уже стыдно, и я зажигал па­пиросу, не поднимая глаз на бабушку».

Что пытаются делать взрослые? По сути, они хотят убе­дить мальчика в том, что именно он виноват в произошедшем, пытаются переломить его гордость. Взрослые и прежде всего дядя пытаются манипулировать ребёнком, ребёнок сопротивляется навязываемому чувству вины.

Рассказчик говорит, что он тоже знает подобные ситуации, но научился защищаться от боли притворством: «Я лукавлю: делаю вид, что равнодушен» к своей мечте.

Трое взрослых заставили одного ребёнка смириться перед несправедливостью обстоятельств. Дядя говорит: «Цифры! Я понимаю, что это счастье… Но ты не любишь дядю, огорча­ешь его…»

Именно этому образцу далее в столкновениях с жизнью будет следовать взрослеющий мальчик. Дядя понимает, что гордость и самолюбие ребёнка сломлены, сформирован сте­реотип поведения в конфликтных ситуациях. Но в его душе конфликт не исчерпан, и именно это осознание чувства вины заставляет его вновь и вновь вести воображаемый диалог со своим племянником.

Опубликовано: 04.03.2019 Обновлено: 04.03.2019
Поделись с друзьями

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

11 + 4 =